[identity profile] without-names.livejournal.com
Тень несозданных созданий
Колыхается во сне,
Словно лопасти латаний
На эмалевой стене.

Фиолетовые руки
На эмалевой стене
Полусонно чертят звуки
В звонко-звучной тишине.

И прозрачные киоски,
В звонко-звучной тишине,
Вырастают, словно блестки,
При лазоревой луне.

Всходит месяц обнаженный
При лазоревой луне...
Звуки реют полусонно,
Звуки ластятся ко мне.

Тайны созданных созданий
С лаской ластятся ко мне,
И трепещет тень латаний
На эмалевой стене.



(сыграем в поэтический флешмоб? каждому комментатору будет назван поэт, у которого нужно выбрать одно стихотворение и запостить в сообщество).
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

Караоке пел тебе хоровод,
Ты один, my sweety, один на свете.
Ну и как ты, как ты, мой фараон?
Как пасутся козы, резвятся дети?

Твоя женщина, как и была, шустра,
Или боль по чуточке накопилась?
Та, что горше яда, горячей костра,
Невозможно выплеснуть на папирус…

Как живут, my sweety, твои рабы?
Полагаю, сытно и без раздумий.
Что там голос падчерицы-судьбы,
Той одной из многих иссохших мумий?

Как горят светильники во дворце?
Вдоволь масла, жирны ли твои оливы?
И надсмотрщики с ласкою на лице,
И налогосборщики справедливы?

Караоке пел тебе караван,
Ты один, my sweety, один на свете.
Ну и как ты, как ты, мой фараон?
Как резвятся козы, пасутся дети?...

Бойся новой наложницы, рот с пушком,
Тихий плач, и влажно прильнёт, робея.
Бойся гулких залов, ходьбы пешком
И застёжки бронзовой — скарабея.

МП3

[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

Дни, что прожиты, с трудом назову золотыми,
Были отданы семье и работе.
Вот и не о чем говорить с молодыми,
Ну, разве изредка — о любви и свободе.

Молодой, он — что ж? — неграмотен и неистов,
Жизнь полна картин, и идёт покуда без сбоев,
Он свободнее всех пушкинских лицеистов,
Всех цыган, разбойников и ковбоев.

Молодой — он женщину бьёт с размаху,
Ту же самую, впрочем, что с вечера им добыта,
И не кланяется ни страху, ни отчему праху,
И не знает, где сердце, пока оно не разбито.

А я? Что я могу этим жарким утром?
Этих самых дней золотых уже на исходе...
Вспоминать об одной любови, печальной, утлой,
Тосковать о едва ли реальной свободе...

МП3
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

Шейх блудницу стыдил: «Ты, беспутница, пьёшь,
Всем желающим тело своё продаёшь!»
«Я, — сказала блудница, — и вправду такая,
Тот ли ты, за кого мне себя выдаешь?»

Перевод: Г.Плисецкого

[identity profile] without-names.livejournal.com
Как в норе лежали они с волчком, -
зайчик на боку, а волчок ничком, -
а над небом звездочка восходила.
Зайчик гладил волчка, говорил: "Пора",
а волчок бурчал, - мол, пойдем с утра, -
словно это была игра,
словно ничего не происходило, -
словно вовсе звездочка не всходила.

Им пора бы вставать, собирать дары -
и брести чащобами декабря,
и ронять короны в его снега,
слепнуть от пурги и жевать цингу,
и нести свои души к иным берегам,
по ночам вмерзая друг в друга
(так бы здесь Иордан вмерзал в берега),
укрываться снегом и пить снега, -
потому лишь, что это происходило:
потому что над небом звездочка восходила.

Но они всё лежали, к бочку бочок:
зайчик бодрствовал, крепко спал волчок,
и над сном его звездочка восходила, -
и во сне его мучила, изводила, -
и во сне к себе уводила:
шел волчок пешком, зайчик спал верхом
и во сне обо всем говорил с волчком:
"Се," - говорил он, - "и адских нор глубина
рядом с тобой не пугает меня.
И на что мне Его дары,
когда здесь, в норе,
я лежу меж твоих ушей?
И на что мне заботиться о душе?
Меж твоих зубов нет бессмертней моей души.»
И волчок просыпался, зубами касался его души
и лежал, никуда не шел.

Так они лежали, и их короны лежали,
и они прядали ушами, надеялись и не дышали,
никуда не шли, ничего не несли, никого не провозглашали
и мечтали, чтоб время не проходило,
чтобы ничего не происходило, -
но над небом звездочка восходила.

Но проклятая звездочка восходила.
[identity profile] nemoybereg.livejournal.com
Над пропастью длиной почти с версту
Шел ростовщик по узкому мосту,
И посредине этого моста
Вдруг повстречал погонщика скота.
Тот был одет в заплатанный халат.
Сказал богач, брезгливый бросив взгляд:
«Нам на мосту вдвоем не разойтись.
Вниз прыгай иль обратно воротись!»
Бедняк на это отвечал ему:
«Я воротиться должен? Почему?
Ведь поровну у нас и рук, и ног.
Ты б тоже уступить дорогу мог».
«Да как ты смеешь преграждать мне путь! –
Вскричал богач. – Благоразумен будь!
Подумай сам, кто я и кто ты есть.
Я так богат, что смог дворец возвесть!
На мне, смотри, с рубинами чалма,
А на халате с золотом тесьма
В семь струй, как речка райская, течет! »
Сказал погонщик: «Это всё не в счет.
Да, дом твой много лучше моего,
Но сам ты разве лучше от того?
Твоя одежда не чета моей,
Но разве сам меня ты лучше в ней?
Мое полезно людям ремесло,
Твое же причиняет людям зло.
Ты лучше подобру уйди с моста,
Иначе сброшу в пропасть, как кота!»
Пришлось ростовщику уйти с пути,
И дважды по мосту свой путь пройти.

За злато можно строить, есть и пить,
Да только уваженья не купить.

© Олеся Емельянова. 2011 год.

Источник: Встреча на мосту. Басня об уважении

[identity profile] totktoest.livejournal.com

Известно стало, что вблизи от города, в лесах,
бунтовщики, мятежники
имеют наглость жечь костры, валяться на траве
и замышлять недоброе.

Отряду нашему приказ: проследовать туда.
Отряд кивнул - и следует.
Найти злодеев окружить врасплох и повязать,
маневры все привычные.

И через несколько часов отряд уже кольцом
смутьянов жмет в их логове.
И к горлу каждого копье приставлено - и мы
считаем до пятнадцати.

Не долго думая, они смекают, что к чему
и что за чем последует.
На счете "три" сдаются все, оружье побросав,
сдаются все как милые.

Кто плачет, кто кричит, что рад правительству служить
хоть палачом, хоть пытчиком.
Кто выкуп выплатить сулит, кто - выдать вожаков.
Ну, ни стыда, ни гордости.

И лишь один сдается так, что всем бы перенять,
сдается так, как следует.
Лежит, мерзавец, на траве и, глядя в небеса,
свистит мотив бессмысленный.

Как будто просто мимо шел, решил передохнуть,
прилег и стал насвистывать.
Как будто вовсе не причем (что, кстати, может быть.
Никто ж не вник, не выяснил.)

Не долго думая, отряд смекает, что живым
такого брать не следует.
И вот копье мое пронзает горло свистуна,
Всех прочих - в плен, и кончено.

В пути обратном я свистать пытаюсь тот мотив,
Да не идет, не вяжется.
Оно понятно: сроду я ни слуха не имел,
ни музыкальной памяти.

Ла - ла - ла - ла, ла - ла - ла - ла,
Ла - ла -ла - ла, ла - ла - ла - ла,
Ла - ла - ла - ла,

Как раз того, что следует.

[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

После дождичка небеса просторны,
Голубей вода, зеленее медь.
В городском саду флейты да валторны,
Капельмейстеру хочется взлететь.

Ах, как помнятся прежние оркестры,
Не военные, а из мирных лет.
Расплескалася в улочках окрестных
Та мелодия, а поющих нет...

С нами женщины, все они красивы,
И черемуха, вся она в цвету...
Может, жребий нам выпадет счастливый —
Снова встретимся в городском саду.

Но из прошлого, из былой печали,
Как ни сетую, как там ни молю,
Проливается черными ручьями
Эта музыка прямо в кровь мою.

1985 год

МП3

[identity profile] without-names.livejournal.com
Потому что искусство поэзии требует слов,
я -- один из глухих, облысевших, угрюмых послов
второсортной державы, связавшейся с этой, --
не желая насиловать собственный мозг,
сам себе подавая одежду, спускаюсь в киоск
за вечерней газетой.

Ветер гонит листву. Старых лампочек тусклый накал
в этих грустных краях, чей эпиграф -- победа зеркал,
при содействии луж порождает эффект изобилья.
Даже воры крадут апельсин, амальгаму скребя.
Впрочем, чувство, с которым глядишь на себя, --
это чувство забыл я.

В этих грустных краях все рассчитано на зиму: сны,
стены тюрем, пальто; туалеты невест -- белизны
новогодней, напитки, секундные стрелки.
Воробьиные кофты и грязь по числу щелочей;
пуританские нравы. Белье. И в руках скрипачей --
деревянные грелки.

Этот край недвижим. Представляя объем валовой
чугуна и свинца, обалделой тряхнешь головой,
вспомнишь прежнюю власть на штыках и казачьих нагайках.
Но садятся орлы, как магнит, на железную смесь.
Даже стулья плетеные держатся здесь
на болтах и на гайках.

Только рыбы в морях знают цену свободе; но их
немота вынуждает нас как бы к созданью своих
этикеток и касс. И пространство торчит прейскурантом.
Время создано смертью. Нуждаясь в телах и вещах,
свойства тех и других оно ищет в сырых овощах.
Кочет внемлет курантам.

Жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав,
к сожалению, трудно. Красавице платье задрав,
видишь то, что искал, а не новые дивные дивы.
И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут,
но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут --
тут конец перспективы.

То ли карту Европы украли агенты властей,
то ль пятерка шестых остающихся в мире частей
чересчур далека. То ли некая добрая фея
надо мной ворожит, но отсюда бежать не могу.
Сам себе наливаю кагор -- не кричать же слугу --
да чешу котофея...

То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом,
то ли дернуть отсюдова по морю новым Христом.
Да и как не смешать с пьяных глаз, обалдев от мороза,
паровоз с кораблем -- все равно не сгоришь от стыда:
как и челн на воде, не оставит на рельсах следа
колесо паровоза.

Что же пишут в газетах в разделе "Из зала суда"?
Приговор приведен в исполненье. Взглянувши сюда,
обыватель узрит сквозь очки в оловянной оправе,
как лежит человек вниз лицом у кирпичной стены;
но не спит. Ибо брезговать кумполом сны
продырявленным вправе.

Зоркость этой эпохи корнями вплетается в те
времена, неспособные в общей своей слепоте
отличать выпадавших из люлек от выпавших люлек.
Белоглазая чудь дальше смерти не хочет взглянуть.
Жалко, блюдец полно, только не с кем стола вертануть,
чтоб спросить с тебя, Рюрик.

Зоркость этих времен -- это зоркость к вещам тупика.
Не по древу умом растекаться пристало пока,
но плевком по стене. И не князя будить -- динозавра.
Для последней строки, эх, не вырвать у птицы пера.
Неповинной главе всех и дел-то, что ждать топора
да зеленого лавра.
[identity profile] http://users.livejournal.com/_shepot_vetra_/
Ослепший порт

Угнали море.
Но крайний дом еще хранит его вымпелы.
Коровы (барки на поле отмели)
плывут на закат, рассекая
тучную землю, — крошат
золотые раковины, в которых завиты
морские напевы.

Но ветру об этом неведомо.
Безлунными ночами
он прилетает целовать хребты волн,
которые дремлют, не разбиваясь.
Царапается о верхушки
мачт.
Брюхатит полотнища парусов.

Потом
трещит на иссохших сваях причала
и, как слепой, ощупывает растрескавшийся
парапет. Высовывает длинный язык
и пядь за пядью вылизывает раскаленный песок.

Летит
(как измочаленный равниной парус)
и чешется о скорбные дома
поселка, — протяжный свист,
пугающий зарю.

Дамасо Алонсо
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/


          Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат, 
          Пусть солдаты немного поспят, 
          Немного пусть поспят.

Пришла и к нам на фронт весна,
Солдатам стало не до сна —
Не потому, что пушки бьют,
А потому, что вновь поют,
Забыв, что здесь идут бои,
Поют шальные соловьи.

          Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат, 
          Пусть солдаты немного поспят.

Но что война для соловья!
У соловья ведь жизнь своя.
Не спит солдат, припомнив дом
И сад зелёный над прудом,
Где соловьи всю ночь поют,
А в доме том солдата ждут.

          Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат, 
          Пусть солдаты немного поспят.

А завтра снова будет бой,—
Уж так назначено судьбой,
Чтоб нам уйти, не долюбив,
От наших жён, от наших нив;
Но с каждым шагом в том бою
Нам ближе дом в краю родном.

          Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат, 
          Пусть солдаты немного поспят,
          Немного пусть поспят.

1942 год
[identity profile] skathari.livejournal.com

Не греми рукомойником, Понтий, не надо понтов,

Все и так догадались, что ты ничего не решаешь.

Ты и светлое имя жуешь, как морского ежа ешь,

потому что всецело поверить в него не готов.



Не сердись, прокуратор, но что есть земные силки?


Read more... )

[identity profile] skathari.livejournal.com
Игорь скоропостижно скончался 4 апреля 2013 года.


Память листаем, грустим ли украдкою,


Пьем ли фантазий вино полусладкое,

То утонченная, то ураганная,

Нашей любви партитура органная,

Превозмогая земное и бренное,

Счастьем стремится наполнить Вселенную -

Мир, где витийствуют добрые мелочи,

Кот что-то млечное пьет из тарелочки,

И, запорошенный пылью космической,

Дремлет на полке божок керамический,

А на серебряном гвоздике светится

Ковшик созвездия Малой Медведицы,

В ходиках Время пружинит натружено,

Солнце мое греет вкусное к ужину,

Комнату, кухню, прихожую, ванную –

Нашу Вселенную обетованную.
[identity profile] skathari.livejournal.com
Скоро я сама себя утрачу,
мой порыв к тебе неудержим,
я ещё пытаюсь на удачу
верить, что и я хоть что-то значу,
чтобы не был ты таким чужим.

...как была едина без него я,
зова нет, и некому предать;
я как камень, всё во мне немое,
лишь ручей пытается роптать.

А теперь весенние недели
жизнь мою разъединить сумели,
отошла безмолвная пора.
Я вручила жизнь свою навечно,
только ты не ведаешь беспечно,
кем же я была ещё вчера.
[identity profile] ollam.livejournal.com

По равнине вод лазурной
Шли мы верною стезей,—
Огнедышащий и бурный
Уносил нас змей морской.

С неба звезды нам светили,
Снизу искрилась волна,
И метелью влажной пыли
Обдавала нас она.

Мы на палубе сидели,
Многих сон одолевал...
Все звучней колеса пели,
Разгребая шумный вал...

Приутих наш круг веселый,
Женский говор, женский шум.
Подпирает локоть белый
Много милых, сонных дум.

Сны играют на просторе
Под магической луной —
И баюкает их море
Тихоструйною волной.

Федор Тютчев
29 ноября 1849

[identity profile] nemoybereg.livejournal.com
Солнцу, дающему жизнь, свет, тепло и надежду,
Солнцу, которое всею душою любили,
Перед рассветом, едва разомкнув свои вежды,
Звери и птицы молитву свою возносили:
«Солнце, свети! Да пребудет Мать Мира с тобою!
Солнце, свети! Да не будет конца твоим дням!
Солнце свети! В вечной битве с Великою Тьмою
Когти и зубы ее не коснутся тебя!»
Так повторяли они с бесконечной любовью,
Зная, что в этой молитве великая сила,
И ликовали, когда окропив небо кровью,
Солнце с победой в чертог свой высокий всходило.
Только кроту одному от рожденья слепому
Был их восторг непонятен, и сердцу неведом.
Но с любопытством расспрашивал он всех знакомых,
Что там за Солнце, и что у него за победа.
Мало-помалу крот истово в Солнце поверил –
Света не видя, вознесся на крыльях фантазий,
И, замечтавшись, воскликнул: «Внемлите мне звери!
Я слышу Солнце! О, как его голос прекрасен!»
Все закричали: «Поведай нам, Солнца избранник!
Что же Оно говорит? Что от нас Солнце хочет?»
«Хочет оно, – крот сказал, – чтобы правил я вами,
Вы же – побольше червей приносили мне сочных!»

Так и священник, душой не узревший святыни,
Богу служенье в служенье себе превращает.
Но говорит в нем не Бог, а корысть и гордыня,
Или его хор чертей в этот миг наущает.

© Автор. Олеся Емельянова. 2004 г.
[identity profile] without-names.livejournal.com
Everyone who terrifies you is sixty-five percent water.
And everyone you love is made of stardust, and I know sometimes
you cannot even breathe deeply, and
the night sky is no home, and
you have cried yourself to sleep enough times
that you are down to your last two percent, but

nothing is infinite,
not even loss.

You are made of the sea and the stars, and one day
you are going to find yourself again.
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/
Слова: Анатолий Софронов
Музыка: Семен Заславский



Ах, эта красная рябина
Среди осенней желтизны.
Я на тебя смотрю, любимый,
Теперь уже со стороны.

Со стороны страданий прежних,
Со стороны ушедших лет,
Которым, словно зорям вешним,
Уже возврата больше нет.

Летят, как ласточки, листочки
С моей любовью по пути;
И только нет последней точки,
И слова нет ещё «прости»...

Ещё цепляется за память
Счастливых дней весенний гром,
Когда любовь бродила с нами,
Скрывая нас одним крылом.

Весною ласточки вернутся,
Оставив за морем любовь,
И над рябиной пронесутся,
И что-то мне напомнят вновь…

Ах, эта красная рябина
Среди осенней желтизны…
Я на тебя смотрю, любимый,
Из невозвратной стороны.
[identity profile] album-clippings.livejournal.com
Сердце, ты теперь, уж, больше не со мной...
Одиночество — в душе моей больной
Я теперь тебя не вижу...
Бог послал любовь мне свыше,
Сделав, пыткой неземной!

Я всегда лишь для тебя существовал!
На тебя молился, страстно обожал!
В поцелуях находил я
То тепло, что ты дарила...
Я любовь и страсть познал!

Read more... )
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

                                перевод Д.Сухарева

Я видел землю чудную не раз,
Где никогда не появлялся лёд,
Где робкий, неуклюжий дикобраз
Танцует вожделенно и поёт.

С енотом и цесаркой пляшет он
Под персиком под песенку одну,
Пока не выйдет цапля на поклон,
В воде ногой ступая на луну.

Зелёный у земли моей наряд,
Граница — воздух — голубой туман.
Одежды колокольчики звенят,
Невидимый сверчок бьет в барабан.

Жужжат шмели в горошке у цветов,
И морщат водомеры небосклон.
А яблони толпятся у прудов,
И кружатся, и навевают сон...

Успеете ли вы попасть туда?
Пока цветут луга в низовьях рек,
Пока не наступили холода,
И не упал на землю первый снег...

МП3

Profile

ru_verses: (Default)
ru_verses

May 2016

S M T W T F S
1234567
8 91011 121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 24th, 2017 10:53 pm
Powered by Dreamwidth Studios