[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

Касаясь трёх великих океанов,
Она лежит, раскинув города,
Покрыта сеткою меридианов —
Непобедима, широка, горда...

Но в час, когда последняя граната
Уже занесена в твоей руке,
И в краткий миг припомнить разом надо
Всё, что у нас осталось вдалеке —

Ты вспоминаешь не страну большую,
Какую ты изъездил и узнал,
Ты вспоминаешь родину — такую,
Какой её ты в детстве увидал:

Клочок земли, припавший к трём берёзам,
Далёкую дорогу за леском,
Речонку со скрипучим перевозом,
Песчаный берег с низким ивняком...

Вот где нам посчастливилось родиться!
Где на всю жизнь, до смерти, мы нашли —
Ту горсть земли, которая годится,
Чтоб видеть в ней приметы всей земли.

Да, можно выжить в зной, в грозу, в морозы,
Да — можно голодать и холодать,
Идти на смерть... Но эти три берёзы
При жизни — никому нельзя отдать.

Константин Симонов
1941 год

[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/
За пять минут уж снегом талым
Шинель запорошилась вся.
Он на земле лежит, усталым
Движеньем руку занеся.

Он мёртв. Его никто не знает.
Но мы ещё на полпути,
И слава мёртвых окрыляет
Тех, кто вперёд решил идти.

В нас есть суровая свобода:
На слёзы обрекая мать,
Бессмертье своего народа
Своею смертью покупать.

1942 год
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

Что ты затосковал?
— Она ушла...
— Кто?
— Женщина.
И не вернётся,
Не сядет рядом у стола,
Не разольёт нам чай, не улыбнется...
Пока не отыщу её следа —
Ни есть, ни пить спокойно не смогу я.

— Брось тосковать!
Что за беда?
Поищем —
И найдём другую...
...

Что ты затосковал?
— Она ушла!
— Кто?!
— Муза.
Всё сидела рядом.
И вдруг ушла и даже не могла
Предупредить хоть словом или взглядом...
Что ни пишу с тех пор — всё бестолочь, вода,
Чернильные расплывшиеся пятна...

— Брось тосковать!
Что за беда!
Догоним, приведём обратно.
...

Что ты затосковал?
— Да так...
Вот фотография прибита косо...
Дождь на дворе...
Забыл купить табак...
Обшарил стол — нигде ни папиросы...
Ни день, ни ночь —
Какой-то средний час...
И скучно, и не знаешь, что такое...

— Ну что ж, тоскуй.
На этот раз,
Ты пойман настоящею тоскою...

1938-1939 г.г.

[identity profile] ekaterina-80.livejournal.com
Не сердитесь — к лучшему,
Что, себя не мучая,
Вам пишу от случая
До другого случая.

Письма пишут разные:
Слезные, болезные,
Иногда прекрасные,
Чаще бесполезные.

В письмах все не скажется
И не все услышится,
В письмах все нам кажется,
Что не так напишется.

Коль вернусь — так суженых
Некогда отчитывать,
А убьют — так хуже нет
Письма перечитывать.

Чтобы вам не бедствовать,
Не возить их тачкою,
Будут путешествовать
С вами тонкой пачкою.

А замужней станете,
Обо мне заплачете —
Их легко достанете
И легко припрячете.

От него, ревнивого,
Заперевшись в комнате,
Вы меня, ленивого,
Добрым словом вспомните,

Скажете, что к лучшему,
Память вам не мучая,
Он писал от случая
До другого случая.
[identity profile] posssible.livejournal.com
Если бог нас своим могуществом
После смерти отправит в рай,
Что мне делать с земным имуществом,
Если скажет он: выбирай?

Мне не надо в раю тоскующей,
Чтоб покорно за мною шла,
Я бы взял с собой в рай такую же,
Что на грешной земле жила,-

Злую, ветреную, колючую,
Хоть ненадолго, да мою!
Ту, что нас на земле помучила
И не даст нам скучать в раю.

В рай, наверно, таких отчаянных
Мало кто приведёт с собой,
Будут праведники нечаянно
Там подглядывать за тобой.

Взял бы в рай с собой расстояния,
Чтобы мучиться от разлук,
Чтобы помнить при расставании
Боль сведённых на шее рук.

Взял бы в рай с собой всё опасности,
Чтоб вернее меня ждала,
Чтобы глаз своих синей ясности
Дома трусу не отдала.

Взял бы в рай с собой друга верного,
Чтобы было с кем пировать,
И врага, чтоб в минуту скверную
По-земному с ним враждовать.

Ни любви, ни тоски, ни жалости,
Даже курского соловья,
Никакой, самой малой малости
На земле бы не бросил я.

Даже смерть, если б было мыслимо,
Я б на землю не отпустил,
Всё, что к нам на земле причислено,
В рай с собою бы захватил.

И за эти земные корысти,
Удивлённо меня кляня,
Я уверен, что бог бы вскорости
Вновь на землю столкнул меня.

1941
[identity profile] francisco-urike.livejournal.com
* * *
Бывает иногда мужчина -
Всех женщин безответный друг,
Друг бескорыстный, беспричинный,
На всякий случай, словно круг,
Висящий на стене каюты.
Весь век он старится и ждет,
Потом в последнюю минуту
Его швырнут - и он спасет.

Неосторожными руками
Меня повесив где-нибудь,
Не спутай. Я не круг. Я камень.
Со мною можно потонуть.
1946
[identity profile] francisco-urike.livejournal.com
* * *
Словно смотришь в бинокль перевернутый -
Все, что сзади осталось, уменьшено,
На вокзале, метелью подернутом,
Где-то плачет далекая женщина.

Снежный ком, обращенный в горошину,-
Ее горе отсюда невидимо;
Как и всем нам, войною непрошено
Мне жестокое зрение выдано.

Что-то очень большое и страшное,
На штыках принесенное временем,
Не дает нам увидеть вчерашнего
Нашим гневным сегодняшним зрением.

Мы, пройдя через кровь и страдания,
Снова к прошлому взглядом приблизимся,
Но на этом далеком свидании
До былой слепоты не унизимся.

Слишком много друзей не докличется
Повидавшее смерть поколение,
И обратно не все увеличится
В нашем горем испытанном зрении.
1941
[identity profile] mifrill.livejournal.com
Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.

Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души...
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет:- Повезло.-
Не понять не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой,-
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.

(с) Константин Симонов
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

Майор привёз мальчишку на лафете.
Погибла мать. Сын не простился с ней.
За десять лет — на том и этом свете
Ему зачтутся эти десять дней.

Его везли из крепости, из Бреста.
Был исцарапан пулями лафет.
Отцу казалось, что надёжней места
Отныне в мире для ребёнка нет.

Отец был ранен, и разбита пушка.
Привязанный к щиту, чтоб не упал,
Прижав к груди заснувшую игрушку,
Седой мальчишка на лафете спал...

Мы шли ему навстречу из России.
Проснувшись, он махал войскам рукой.
...ты говоришь — что есть ещё другие,
Что я там был и мне пора домой...

Ты — это горе знаешь понаслышке,
А нам оно оборвало сердца.
Кто раз увидел этого мальчишку —
Домой прийти не сможет до конца.

Я должен видеть теми же глазами,
Которыми я плакал — там, в пыли,
Как тот мальчишка возвратится с нами
И поцелует горсть своей земли.

За всё, чем мы с тобою дорожили,
Призвал нас к бою воинский закон.
Теперь — мой дом не там, где прежде жили,
А там — где отнят у мальчишки он.

Константин Симонов
1941 год

[identity profile] tainka.livejournal.com
Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.

Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души...
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: - Повезло.
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой,-
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.

Константин Симонов, 1941
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

До утра перед разлукой
Свадьба снилась мне твоя:
Паперть... Сон, должно быть, в руку:
Ты — невеста. Нищий — я.
...
Пусть случится всё, как снилось,
Только в жизни, обещай —
Выходя, мне, сделай милость,
Милостыни не давай.

Константин Симонов
1945 год

[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

Ты говорила мне — «люблю»,
Но это по ночам, сквозь зубы.
А утром горькое «терплю»
Едва удерживали губы.

Я верил по ночам — губам,
Рукам, лукавым и горячим,
Но я не верил по ночам —
Твоим ночным словам незрячим.

Я знал тебя — ты не лгала,
Ты полюбить меня хотела,
Ты... только ночью лгать могла,
Когда душою правит тело.

Но утром, в трезвый час, когда
Душа опять сильна, как прежде,
Ты хоть бы раз сказала «да» —
Мне, ожидавшему в надежде!

И вдруг — война... отъезд... перрон,
Где и обняться-то нет места,
И дачный клязьминский вагон,
В котором ехать мне до Бреста.

Вдруг — вечер без надежд на ночь,
На счастье, на тепло постели,
Как крик: «ничем нельзя помочь!» —
Вкус поцелуя на шинели...

Чтоб с теми, в темноте, в хмелю,
Не спутал с прежними словами,
Ты вдруг сказала мне — «люблю» —
Почти спокойными губами.

...такой я раньше не видал
Тебя, до этих слов разлуки:
«Люблю, люблю...» ...ночной вокзал,
Холодные, от горя, руки.

Константин Симонов
1941 год

[identity profile] severr.livejournal.com
К.Симонов

Зима сорок первого года -
Тебе ли нам цену не знать!
И зря у нас вышло из моды
Об этой цене вспоминать.

А все же, когда непогода .
Забыть не дает о войне,
Зима сорок первого года,
Как совесть, заходит ко мне.

Хоть шоры на память наденьте!
А все же поделишь порой
Друзей - на залегших в Ташкенте
И в снежных полях под Москвой.Read more... )
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

Здесь нет ни остролистника, ни тиса.
Чужие камни и солончаки,
Проржавленные солнцем кипарисы
Как воткнутые в землю тесаки.

И спрятаны под их худые кроны
В земле, под серым слоем плитняка,
Побатальонно и поэскадронно
Построены британские войска.

Шумят тяжёлые кусты сирени,
Раскачивая неба синеву,
И сторож, опустившись на колени,
На а́нглийский манер стрижёт траву...

К солдатам на последние квартиры
Корабль привёз из Англии — цветы,
Груз красных черепиц из Девоншира,
Колючие терновые кусты.

Солдатам на чужбине лучше спится,
Когда холмы у них над головой
Обложены английской черепицей,
Обсажены английскою травой.

На медных досках, на камнях надгробных,
На пыльных пирамидах из гранат
Английский гра́вер вырезал подробно
Число солдат и номера бригад.

Но прежде чем на судно погрузить их,
Боясь превратностей чужой земли,
Все надписи о горестных событьях
На русский второпях перевели.

Бродяга-переводчик неуклюже
Переиначил русские слова,
В которых о почтенье к праху мужа
Просила безутешная вдова:

«Сержант покойный спит здесь. Ради бога,
С почтением склонись пред этот крест!»
...как много миль от Англии! Как много
Морских узлов — от жён и от невест.

В чужом краю его обидеть могут,
И землю распахать, и гроб сломать.
Вы слышите! Не смейте, ради бога!
Об этом просят вас жена и мать!

Напрасный страх. Уже дряхлеют даты
На памятниках дедам и отцам.
Спокойно спят британские солдаты.
Мы никогда не мстили мертвецам.

Константин Симонов
1939 год

[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/

Всю жизнь любил он рисовать войну.
Беззвёздной ночью наскочив на мину,
Он вместе с кораблём пошёл ко дну,
Не дописав последнюю картину...

Всю жизнь лечиться люди шли к нему,
Всю жизнь он смерть преследовал жестоко
И умер, сам привив себе чуму,
Последний опыт кончив раньше срока.

Всю жизнь привык он пробовать сердца.
Начав ещё мальчишкою с «ньюпора»,
Он в сорок лет разбился, до конца
Не испытав последнего мотора.

       Никак не можем помириться с тем,
       Что люди умирают не в постели,
       Что гибнут — вдруг, не дописав поэм,
       Не долечив, не долетев до цели.
       Как будто есть последние дела!
       Как будто можно, кончив все заботы,
       В кругу семьи — усесться у стола,
       И отдыхать под старость от работы...

Константин Симонов
1939 год

[identity profile] http://users.livejournal.com/_shepot_vetra_/
Я, верно, был упрямей всех.
Не слушал клеветы
И не считал по пальцам тех,
Кто звал тебя на «ты».

Я, верно, был честней других,
Моложе, может быть,
Я не хотел грехов твоих
Прощать или судить.

Я девочкой тебя не звал,
Не рвал с тобой цветы,
В твоих глазах я не искал
Девичьей чистоты.

Я не жалел, что ты во сне
Годами не ждала,
Что ты не девочкой ко мне,
А женщиной пришла.

Я знал, честней бесстыдных снов,
Лукавых слов честней
Нас приютивший на ночь кров,
Прямой язык страстей.

И если будет суждено
Тебя мне удержать,
Не потому, что не дано
Тебе других узнать.
[identity profile] zagado4ka.livejournal.com
Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.

Жди меня, и я вернусь,
Не жалей добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души...
Жди. И с ними заодно
Выпить не спеши.

Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: - Повезло.
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой,-
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.
1941
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/
До утра перед разлукой
Свадьба снилась мне твоя:
Паперть... Сон, должно быть, в руку:
Ты — невеста. Нищий — я.

...пусть случится всё, как снилось,
Только в жизни, обещай —
Выходя, мне, сделай милость,
Милостыни не давай.

Константин Симонов
1945 год
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/
Плюшевые волки,
Зайцы, погремушки —
Детям дарят с ёлки
Детские игрушки,

И, состарясь, дети
До смерти, без толку
Всё на белом свете
Ищут эту ёлку:

Где жар-птица в клетке,
Золотые слитки,
Где висит на ветке —
Счастье их на нитке...

Только Дед-Мороза
Нету на макушке,
Чтоб в ответ на слёзы
Сверху снял игрушки.
...
Жёлтые иголки на пол опадают...
Всё я жду, что с ёлки мне — тебя подарят.

Константин Симонов
май 1941 года
[identity profile] http://users.livejournal.com/_const/
А. Суркову
Ты помнишь, Алёша, дороги Смоленщины?
Как шли бесконечные, злые дожди...
Как кринки несли нам усталые женщины,
Прижав, как детей, от дождя их к груди,

Как слёзы они вытирали украдкою,
И вслед нам шептали: «Господь вас спаси!»...
И снова себя называли — солдатками,
Как встарь повелось на великой Руси.
. . . )
Нас пули с тобою пока еще милуют.
Но, трижды поверив!, что жизнь уже — вся,
Я... все-таки горд был за самую милую,
За горькую землю, где я родился,

За то, что на ней умереть мне завещано,
Что русская мать нас на свет родила,
Что, в бой провожая нас — русская женщина
По-русски, три раза, меня обняла.

Константин Симонов
1941 год

Profile

ru_verses: (Default)
ru_verses

May 2016

S M T W T F S
1234567
8 91011 121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 24th, 2017 10:51 pm
Powered by Dreamwidth Studios